Dixi

Литературный четверг

Архив



Виталий ВАВИКИН (г.Кашин Тверская обл.) ОТ НАЧАЛА К НАЧАЛУ

Вавикин

Часть 1

 

Из этого поезда нельзя было сбежать. Он никогда не останавливался. Никогда не снижал скорость. У него не было машиниста. Им управляли мы – те, кто рождались здесь и умирали, принося свои жизни в жертву во имя движения. Вагоны пожирали нас, питаясь нашей силой, и чем сильнее мы были, тем больше силы доставалось им. Люди. Много людей вокруг, но некого спросить о том, где же конец этого состава.

Вам никто не ответит, никто не протянет руки. Здесь каждый сам по себе, но, несмотря на это, мы все вместе. Здесь каждый знает ровно столько, сколько нужно ему для того, чтобы бороться за свою жизнь – все остальное придет в процессе борьбы. Мы должны бежать, когда устали – идти, когда нет сил – ползти, но не останавливаться. Мы рождены для того, чтобы вырваться отсюда, увидеть свет, вдохнуть свежий воздух и забыть о том, что было здесь, сохранив лишь оттенок воли и характера. Здесь, в этом составе, мы не боремся за выживание, мы боремся за право жить. Никто не знает, откуда мы пришли, но каждый знает, куда нам надо. Поэтому нужно бежать, не думать, не сомневаться….

 

Они смотрели на меня, улыбались, рассказывали о чем-то, и я понимал, что чем дольше я остаюсь здесь, тем сложнее мне будет уйти. Впервые в жизни не нужно было никуда бежать. Ноги и разум отдыхали.

 

– Да ты оставайся! – говорили мне. – Еды и слов хватит на всех.

 

Один из них освободил койку и предложил мне прилечь. Оставшиеся позади вагоны сохранили в памяти воспоминания о многом, но уют, царивший здесь, я ощутил впервые. Это были такие же люди, как и я, но они никуда не бежали, не торопились. Они просто сидели, и самым ценным для них было то, что есть здесь и сейчас. Разговоры то становились шумными, то стихали до шепота. Стук колес убаюкивал, а незнание того, что ждет меня дальше, склоняло к тому, чтобы остаться.

 

– Я запомню это место,  – пообещал я. – Обязательно запомню.

 

Я толкнул дверь, выходя в тамбур.

 

– Не споткнись! – предупредил меня кто-то, но, к сожалению, слишком поздно.

 

Они весело засмеялись над моим падением. Дверь закрылась, но я все еще слышал смех. Хотелось стоять и слушать эти голоса, но стоять было нельзя. Усталые ноги понесли меня вперед. Не стоять! Ни в коем случае не стоять! Я побежал еще сильнее. Где-то сбоку открылась дверь. Чья-то рука попыталась меня схватить и затащить внутрь. Я увернулся. Восстановленные силы снова стали покидать меня. Хотелось есть, но еще больше хотелось пить.

 

Я, спотыкаясь, вбежал в другой вагон. Плацкарт.

 

– Ну, чего стоишь?! – заорали на меня. – Давай, помогай!

 

Я удивился количеству людей вокруг. Каждый из них был занят чем-то своим, но все вместе они сливались в единый процесс. Одни носили доски, другие их пилили, третьи заделывали щели, а четвертые забивали гвозди для крепости конструкции. Я стал одним из них, сам не заметив того. Мы спасали вагон. Он разваливался у нас на глазах. Сквозь обшивку со свистом врывался холодный ветер. Он окутывал наши тела, вызывая озноб. Глаза начинали слезиться. Замерзшие пальцы отказывались подчиняться. Кто-то отчаивался. Кто-то продолжал бороться. Сильные помогали слабым. Смелые – отчаявшимся… А затем снова свистел ветер и кипела работа. Отдав последние силы спасению вагона, я упал на пол, наблюдая, как другие заканчивают то, в чем я еще недавно принимал участие. Я уважал их. Уважал их силу и упорство. Несмотря ни на что, они продолжали стоять, самоотверженно спасая то, что было для нас приютом… И вагон уцелел. Изнемогая от усталости, спасители раздавали нуждающимся еду и воду. Я утолял жажду жадными глотками, чувствуя, как ко мне возвращаются силы. Мы были нужны друг другу, и это было тем, что нас объединяло. Ведь все могло повториться в любой момент. Но никто ни о чем не жалел.

 

– Смотрите! – закричал я, увидев, как ветер вырвал одну из досок.

 

И снова суета. И снова пилы, молотки, гвозди. Бежать! Бежать еще сильнее! Бежать из последних сил! Боясь, что меня остановят, я бросился к выходу из вагона. Навалившись на дверь, я, падая, пролетел в тамбур.

 

– Тише ты! – услышал я недовольный женский голос.

 

Вспышка света ослепила меня.

 

– Кто ты? – спросила женщина. – Что тебе надо?

 

Она толкнула меня в грудь, убирая с дороги.

 

– Подожди! – закричал я, пытаясь остановить ее.

– Некогда!

– Да подожди ты! – Я схватил ее за руку. – Куда ты бежишь?

– Вперед.

– Вперед? Там ничего нет!

– Хочешь сказать… – она смерила меня задумчивым взглядом. – Хочешь сказать, что ты такой же, как я?

– Не знаю. Просто мы оба бежим.

– Да, но бежим-то мы в разные стороны!

– За мной ничего нет.

– Как это нет?

– Все не то.

– А что ты ищешь?

– Выход.

– Выход? Может, ты его просто не заметил?

– А может, ты его не заметила?

– Я не могла.

– И я не мог.

 

Сердце сжалось.

 

– Что же тогда? – спросили мы друг друга в один голос.

– Стоять нельзя! – решительно заявила она.

 

Я согласился.

 

– Туда идти нет смысла. – Она указала на дверь, из которой пришла.

– Туда тоже. – Я указал на дверь, откуда пришел я.

– Нет, ты врешь! – замотала она головой. – Я уже вижу, как это происходит!

 

Я вспомнил яркую вспышку света.

 

– Что ты видишь?

– Жизнь! – сказала она. – Другую жизнь. Там все по-другому. Там светло.

 

Еще одна вспышка. Рождение. Беспомощность. Лица. Свет. Воздух.

 

– Ты это тоже видишь, да? – женщина схватила меня за руку. – Скажи, что это прекрасно!

– Это великолепно. – Мои видения рассеялись, уступив место полумраку. – Нам нужно торопиться.

– Торопиться? – женщина зарыдала. – Куда? Ты же сам понимаешь, что отсюда нет выхода! Этот поезд сожрет нас всех!

– Или сделает сильнее.

 

Я предложил ей бежать вместе. Ведь теперь, зная о пути, который прошел каждый из нас, страх перед неизвестностью новых дверей стал меньше. За некоторыми были тупики, некоторые предстояло еще открыть.

 

– А что, если выйти сможет только один? – спросила она. Но сомнений уже не было. И не было ответов.

– Давай сначала найдем выход, а там посмотрим.

 

Она согласилась. Оставалось лишь определиться – в какую сторону идти.

 

– Какая разница куда, – сказала она. – Главное – не быть одной. Главное, что рядом есть человек, с которым нас объединяет одна общая цель.

 

Поезд продолжал отсчитывать отведенное нам время, ударами колес на стыках рельс. Мы не знали, откуда мы пришли, но теперь, с еще большей уверенностью, знали, куда нам надо. Времени оставалось все меньше, поэтому нужно было бежать.., не думать.., не сомневаться…

 

Часть 2

 

Я запомнил произошедшее в том поезде. Он не мог остановиться. Остановить движение могли лишь мы сами. Бежать, как единственный смысл, стерся под натиском желания найти. Странно, но в тот самый момент, когда мне показалось, что движению не будет конца, все прекратилось. Даже сейчас, по прошествии двадцати восьми лет, я все еще помню ту дверь. Она открылась, и за ней был свет. Я чувствовал боль, слышал свой крик, видел лица людей вокруг, усталые, но счастливые глаза женщины, на грудь которой меня положили. После я заставил себя поверить, что все эти воспоминания были надуманы детским разумом, но сейчас, когда сознание прорезала острая необходимость в движении, мне начало казаться, что это не так. У меня был дом, семья, работа, были друзья, но что-то все равно на давало покоя, заставляя с завистью смотреть на бегущих куда-то людей за окном. Хотелось выскочить на улицу и бежать, бежать, бежать вперед, ища то необходимое, что ожидает меня в конце поисков. Все стало каким-то ненужным. Стремления – бесцельными. Чувство одиночества терзало разум, представляя совершаемые поступки ненужной суетой. Детские воспоминания ожили с прежней силой. Я не знал, какая их часть была настоящей, а какая выдуманной, но, раз за разом возвращаясь к ним, заставлял снова и снова верить себя, что они не реальны. Но они возвращались, и единственная возможность избавиться от них состояла в том, чтобы убедиться, что их нет. Я старался побороть в себе эти внезапно возникавшие чувства столько, сколько мог, и только лишь когда последняя надежда была утрачена, я, не в силах более сопротивляться, отдал себя в руки всепоглощающего чувства поиска. Я не знал, что ищу. Человека, предмет, место – все равно, лишь бы это было ответом на вопрос о том, что со мной, лишь бы, найдя это, я испытал успокоение. Я интуитивно начал выбирать города на карте, планировать маршруты, но в тот момент, когда к поездке все было готово, понимал, что это совсем не то, что я ищу. Тогда я переключился на Интернет, надеясь там найти ответы. Я бесцельно переходил с сайта на сайт, бездумно бежал глазами по нескончаемым колонкам текста… Я определился с предметом своих поисков совершенно случайно. Возвращаясь с работы, я вошел в пустой вагон электрички. Темные тоннели метро за окном заставили сменить вагон на тот, где было больше людей. Стоявшая рядом со мной женщина нетерпеливо смотрела на часы. Она не значила для меня ничего, но вот ее поведение вызвало щемящее чувство deja vu. Теперь я знал, чего ищу, вернее кого. Если память и могла сыграть злую шутку, то чувства надумать было нельзя. Нужно было найти ту женщину из моего прошлого, обязательно найти. Лишь она сможет дать мне ответы. Лишь найдя ее я смогу, возможно, вернуться к нормальной жизни. Но как это было сделать? Эта жизнь не была тем поездом, в котором нужно было слепо идти вперед, положившись на удачу. Может быть, нужно было просто ждать? Ждать и бездействовать? Я нашел выход. Во мне не было надежды, что эта женщина найдется. Я просто пытался убедить себя, что это единственное, что я могу сделать. Около месяца я потратил на то, что разослал на все сайты, оказывающие помощь в поисках утерянных связей, свое письмо, с историей о том, как познакомился когда-то в поезде с одной женщиной и теперь бы хотел с ней встретиться снова. Я не рассказал всех подробностей, боясь показаться сумасшедшим, просто перечислил то, что сделало бы нашу историю общей, отделив от множества других историй, рассказанных теми, кто познакомился с кем-то в поезде. Конечно, они не могли найти ее. У меня не было даже имени, но я и не надеялся на помощь посторонних людей. Если эта женщина реально существует, то помочь найти друг друга мы сможем только сами. Если я буду искать ее, а она меня. Если наши письма будут настолько схожи, что это заметит тот третий, который станет читать их. Я понимал, что шанс настолько мал, что бессмысленно даже надеяться, но, тем не менее, я надеялся. Это позволяло мне жить дальше, идти вперед, преодолевая трудности, говоря себе, что я сделал все возможное, что мог. Так я ждал долгих три года. Иногда ожидание становилось невыносимым, иногда я готов был смириться. В конце концов, я решил поставить на этом точку. Я постарался вспомнить все, что сохранилось у меня в памяти об этой женщине. Мы оба бежали. Бежали в разные стороны в поисках выхода.

 

– Может, мы просто его не заметили?

 

Может быть! Эти врезавшиеся в сознание слова придали мне новых сил. Я перестал ждать. Я начал искать сам. Множество сайтов, тысячи писем. Казалось, что им нет конца. Еще чуть-чуть, еще совсем немного и силы кончатся. Я понимал это и приступал к поискам с удвоенной силой. Нужно торопиться.

 

– Торопиться? Куда? Ты же сам сказал, что отсюда нет выхода!

 

Я нашел это письмо случайно в разделе «сомнительные». Эта строчка, которой оно заканчивалось, снова вселила в сердце надежду. Я узнал адрес той женщины, отложил все дела и заказал билеты на поезд. Чужой город, незнакомые лица и улицы, которые отличаются друг от друга лишь табличками, говорящими об их названии.  Я думал о том, что скажу ей, пытался представить, как она отреагирует, увидев меня… Когда мне открыли дверь, я понял, что мои волнения в предвкушении встречи были напрасны. Стоявшая на пороге женщина обладала симпатичной внешностью, но, к сожалению, она была совсем не той, которую я искал. Где-то внутри все содрогнулось. Я смущенно извинился и, желая побыстрее уйти, объяснил причину своего визита. Меня пригласили войти.

 

– Татьяна умерла три года назад. Разбилась с мужем в автокатастрофе, – сказала открывшая мне дверь женщина. – Не знаю, о каком письме вы говорите, но она сильно любила своего мужа. Я даже иногда завидовала сестре, настолько ее счастье было безупречным.

– Это сложно объяснить, – признался я, получая укоризненный взгляд. – Не подумайте ничего плохого. Мы были просто друзьями. К тому же, я мог просто ошибиться. Не могли бы вы показать мне ее фотографию?

– Да чего уж там! – махнула рукой женщина. – Раз было письмо, то и остальное было. С кем не бывает?! – Она открыла шкаф, достала толстый фотоальбом и протянула его мне. – На, возьми! На память.

 

Я попытался возразить, сказав, что мне нужна лишь ее фотография.

 

– Бери, бери! Раз у тебя с Татьяной что-то было, то посмотришь это. Полезно будет. Поймешь, какое счастье ты хотел разрушить!

 

Я взял фотоальбом и, попрощавшись, ушел. Я не был уверен, что смогу узнать эту женщину по фотографии. Хотелось расспросить ее сестру поподробнее, но разве стала бы она со мной говорить?! Тем более о том, во что я и сам с трудом верил. Теперь этой веры осталось еще меньше. Я купил билеты на поезд и сел в вагон. Нужно было ехать назад. Нужно было смириться и продолжать жить. Бежать вперед, когда устал плестись и даже ползти, если нужно, но продолжать жить.

 

– Этот поезд сожрет нас всех!

– Или сделает сильнее.

 

Состав вздрогнул, начиная движение. Время, отведенное на поиски, заканчивалось. Я понял это, осознав, что готов сдаться и принять неизбежное. Колеса поезда размеренно постукивали на стыках рельс. Я взял в руки фотоальбом. Я был готов к тому, что женщина, запечатленная на фотографиях, покажется мне незнакомой, но я узнал ее. Не в силах поверить своим глазам, я внимательно вглядывался в знакомые черты. Я нашел ее! Нашел! Я перелистывал страницу за страницей, боясь поверить в то, что это действительно она. Я ликовал. Оставаться на месте было невозможно. Я вскочил на ноги и устремился в тамбур.

 

– Тише ты! – услышал я недовольный женский голос.

 

Она попыталась отстранить меня, чтобы пройти дальше.

 

– Боже мой! Я нашел тебя! – Я схватил ее за руку, желая остановить. – Не уходи, прошу!

– Успокойтесь! – строго одернула меня женщина и, опустив глаза, посмотрела нам под ноги, где валялись выпавшие из альбома фотографии. – Вы топчете свои воспоминания!

 

Она развернулась и зашагала прочь по коридору. Я проводил ее взглядом, тупо наблюдая, как за ее спиной закрылась дверь. Я собрал фотографии и вернулся в свое купе. Сознание заполнило непреодолимое желание вернуться назад, домой, туда, где меня ждут, где есть люди, которые мне дороги. Назад? Вперед? Какая разница, куда идти, главное, что рядом есть люди, с которыми нас объединяет одна общая цель и не нужно отказываться от этого. Это – жизнь и из нее нельзя сбежать, как из поезда. Она никогда не останавливается, не снижает скорость. Это – жизнь, которую строим мы, те, кто рождается здесь и умирает, принося свои жизни в жертву во имя движения, от начала к началу.

 

 

 
html counter